Главная
Каталог книг
Российская Демократическая Партия "ЯБЛОКО"
образование


Оглавление
Афанасьев Николаевич - Поэтические воззрения славян на природу
Григорий Амелин - Лекции по философии литературы
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Миры и столкновенья Осипа Мандельштама
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Письма о русской поэзии
Литературный текст: проблемы и методы исследования. Мотив вина в литературе
Тарас Бурмистров - Россия и Запад
Нора Галь - Слово живое и мертвое
Петр Вайль, Александр Генис - Родная Речь. Уроки Изящной Словесности
Евгений Клюев - Между двух стульев
Лотман Юрий - Комментарий к роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин"
Лотман Ю.М. - Структура художественного текста
Ю. M. Лотман - Беседы о русской культуре
Лотман Ю.М. - О поэтах и поэзии: анализ поэтического текста
Милн Алан Александр - Дом в медвежьем углу
Сарнов Бенедикт - Занимательное литературоведение, или Новые похождения знакомых героев
Петр Вайль - Гений места
Борис Владимирский - Венок сюжетов
Арсений Рутько - У зеленой колыбели

получившая развитие у Ап. Григорьева, ср.: "Venezia la 

bella") тема Италии - страны искусства и красоты, где 

человек, приобщаясь к народу, расцветает как личность. 

Новую актуальность получает и "цыганская тема". 

Интересно, что эта тема появляется и в творчестве М. 

Горького начала 1890-х гг. Горький этого периода, еще 

не связавший прямо своих надежд с революционной борьбой 

пролетариата, с марксистской теорией, ищет положитель- 

ного героя (как и многие писатели-демократы XIX в.) 

среди "людей природы", свободных от пут буржуазной 

собственности и порожденного ею эгоизма. Но здесь появ- 

ляются и новые аспекты темы. Для взглядов раннего Горь- 

кого очень существенным было отталкивание от народни- 

ческих иллюзий, прежде всего - от идеализации общины и 

современного русского крестьянства. Сказанное определя- 

ет особенности подхода М. Горького к проблеме положи- 

тельного героя. С одной стороны, идеал молодого Горько- 

го окрашен в отчетливые тона патриархальности: как и Л. 

Толстой, Горький начала 1890-х гг. (к середине 1890-х 

гг. положение начинает меняться) ищет идеал в прошлом, 

противопоставленном настоящему: "...старая сказка (о 

Данко. - Ю. Л., 3. М.)... Старое, все старое! Видишь 

ты, сколько в старине всего?.. А теперь вот нет ничего 

такого - ни дел, ни людей, ни сказок таких, как в ста- 

рину. Что все вы знаете, молодые? Смотрели 

бы в старину зорко - там все отгадки найдутся... А вот 

вы не смотрите и не умеете жить оттого"'. Действие всех 

легенд, рассказанных Макаром Чудрой и Изергиль, проис- 

ходит в старину: "Многие тысячи лет прошли с той поры, 

когда случилось это"; "Жили на земле в старину одни лю- 

ди" (с. 339, 353) и т. д.2; с другой стороны, если 

"старина" для Толстого - это время патриархально-земле- 

дельческого уклада жизни, то для Горького героическая 

"старина" связана с иным идеалом. Для Горького, не ве- 

рящего в "крестьянский социализм" народников и кресть- 

янски-эгалитарный идеал Л. Толстого, подлинные "дети 

природы" - это люди доземледельческого уклада жизни. 

Герои большинства так называемых романтических произве- 

дений М. Горького - это свободные от земли (следова- 

тельно, и от земельной собственности) кочевники. Понят- 

но, что многие из них - цыгане: именно с образами цыган 

сливается представление о свободной, ничем не связанной 

кочевой жизни. Цыган - Макар Чудра, цыганка (молдаван- 

ка) - Изергиль, цыгане - Лойко Зобар и Радда; а Ларра и 

Данко - герои молдавских преданий. Племена, в которых 

рождены Лойко Зобар, Радда и Данко, тоже ведут кочевой 

образ жизни, живут "табором", "пасут стада и на охоту 

за зверями тратят свою силу и мужество" (с. 353, 339). 

Что подчеркивает М. Горький в этих героях? Во-пер- 

вых, то, что они противопоставлены членам современного 

общества как лишенные земельной собственности и потому 

свободные люди - собственникам-рабам. Земля связывает 

человека, подчиняет его себе; поэтому и в городах, и в 

деревнях (для Горького, в отличие, например, от Л. 

Толстого, город и деревня в этот период не противопос- 

тавлены, а объединены темой собственности и мещанства) 

живут рабы: "Смешные они, те твои люди. Сбились в кучу 

и давят друг друга. Видишь, как человек пашет, и 

думаешь: вот он по капле с потом силы свои источит на 

землю, а потом ляжет в нее и сгинет в ней. Ничего по 

нем не останется, ничего он не видит с своего поля, и 

умирает, как родился - дураком. Что ж, - он родился за- 

тем, что ли, чтобы поковырять землю да и умереть? 

Он раб - как только родился, всю жизнь раб, и всё тут!" 

(с. 10). Напротив, кочевой образ жизни, не связывающий 

человека земельной собственностью, порождает натуры 

свободные, презирающие рабство. Макар Чудра формулирует 

свою жизненную программу так: "А ну-ка, скажи, в каких 

краях я не был? И не скажешь. Ты и не знаешь таких кра- 

ев, 

 

 

Горький М. Собр. соч.: В 30 т. М., 1949. Т. 1. С. 

352. В дальнейшем ссылки на этот том приводятся в текс- 

те с указанием страницы. 

2 Отсюда же - и то, что положительными героями этих 

и близких по художественной структуре произведений час- 

то являются старики (Максим Буадзе в первой части расс- 

каза "Месть", хан в "Хане и его сыне" и т. д., Аким во 

"Власти тьмы" Л. Толстого или рассказы типа "Зерно с 

куриное яйцо" и другие). 

 

 

где я бывал. Так нужно жить: иди, иди - и всё тут. Дол- 

го не стой на одном месте - чего в нем?" (там же). Но 

если в последних словах можно уловить мысль о бродяжни- 

честве как об исконно присущей герою страсти, то в це- 

лом даже самые первые произведения М. Горького дают 

возможность и для иной трактовки "цыганской темы". Не 

страсть к бродяжничеству, а кочевой, доземледельческий 

образ жизни определяет облик героев1. 

В самом их характере, как мы уже говорили, подчерки- 

вается презрение к собственности и неистребимое свобо- 

долюбие. Особенно настоятельно подчеркивается презрение 

к деньгам: "Он любил только коней и ничего больше, и то 

недолго - поездит, да и продаст, а деньги, кто хочет, 

тот и возьми" (с. 12). "Ходили ко мне богатые паны и 

пировали у меня. Это им дорого стоило. Дрались из-за 

меня они, разорялись. Один добивался меня долго и раз 

вот что сделал: пришел, а слуга за ним идет с мешком. 

Золотые монеты стукали меня по голове, и мне ве- 

село было слушать их звон, когда они падали на пол. Но 

я все-таки выгнала пана. Да, я выгнала его, хотя 

он и говорил, что продал все земли свои, и дома, и ко- 

ней, чтобы осыпать меня золотом" (с. 348)2. Аналогичный 

смысл имеет и сцена встречи старого магната с Раддой 

(с. 12-13). Все эти и многие близкие им сцены носят 

предельно отчетливо выраженный антибуржуазный характер. 

Но этим характеристика героев-цыган и противопоставле- 

ние их современникам не ограничивается. Свободолюбие 

порождает яркость характера героев. Все они - смелые, 

сильные натуры. О Лойко Зобаре говорится почти как о 

гоголевских запорожцах: "Эге! разве он кого боялся? Да 

приди к нему сатана со всей своей свитой, так он бы ко- 

ли б не пустил в него ножа, то наверно бы крепко пору- 

гался, а что чертям подарил бы по пинку в рыла - это уж 

как раз!" (с. 11-12). А старуха Изергиль произносит 

знаменитое горьковское: 

"В жизни... всегда есть место подвигам" (с. 348) - и 

рассказывает о подвиге Данко. 

В исследовательской литературе уже неоднократно от- 

мечалось, что мотив подвига, образы героической тональ- 

ности у молодого Горького связаны со стремлением, в ко- 

нечном счете, к революционному преобразованию действи- 

тельности (даже тогда, когда реальные исторические кон- 

туры революци- 

 

 

1 В связи с этим возникает вопрос о правомерности 

применения к этим произведениям термина "романтичес- 

кий". По-видимому, здесь было бы вернее говорить о жан- 

ре условно-"символического" (от "символика", а не от 

"символизм"!) рассказа в рамках реализма: герои ранних 

произведении М. Горького всегда, так или иначе, порож- 

дены средой, определенным образом жизни, хотя сама эта 

среда подчас услов-но-героична. В этом смысле и яркая, 

красочная природа в "Макаре Чудре" и "Старухе Изергиль" 

- не параллель к ярким характерам героев, а скорее ус- 

ловие, предпосылка их появления. Даже композиционно, 

как и в реалистических произведениях XIX в., описание 

природы предшествует появлению героя. 

2 Ср. отношение к деньгам как "основание для сравне- 

ния" в "Челкаше" и других рассказах молодого Горького о 

бродягах. Рассказы о бродягах родственны "Макару Чудре" 

и "Старухе Изергиль" не только стилистической окраской, 

не только образами героической тональности, но и тем, 

что основа героического характера ищется в презрении к 

собственности, порожденном "не оседлым" (бродячим) об- 

разом жизни, в непривязанности к земле. 

 

 

онного "подвига" были неясны писателю). Но образ смель- 

чака-героя, проходящий через все "цыганские" рассказы 

М. Горького, имеет и другой смысл. Смелость, воля - это 

яркое выявление личности в человеке, противопоставлен- 

ное мещанской серости и скуке. Для Горького очень су- 

щественно, что и Лойко Зобар, и Радда ценят свободу, 

своеобразие нравов и привычек выше собственной жизни и 

счастья. 

Но не только волевое начало и яркость личности опре- 

деляют героев-цыган. Не менее существенная черта их ха- 

рактеристики - красота, причем постоянно подчеркивается 

связь этих понятий: "Красивые всегда смелы". "Всяких 

люден я нынче вижу, а вот сильных нет. И красав- 

цев становится все меньше" (с. 354, 352) и т. д. Все 

герои-цыгане красивы: Нонка, дочь Макара Чудры, - "ца- 

рица девка" и тут же: "Ну а Радду с ней равнять нельзя 

- много чести Нонке! О ней, этой Радде, словами и не 

скажешь ничего. Может быть, ее красоту можно было на 

скрипке сыграть". Так же красив и Лойко Зобар: 

"Усы легли на плечи и смешались с кудрями, очи, как 

ясные звезды, горят". И через несколько страниц - сно- 

ва: Лойко и Радда - "гордая пара красавцев-цыган" (с. 

12, 13, 21). Данко - "молодой красавец". Старуха Изер- 

гиль прежде славилась красотой, а старик Макар Чудра 

"полулежал в красивой, сильной позе" (с. 9). 

Постоянным спутником этих героев является и их жиз- 

нерадостность, веселость. У Лойко Зобара "улыбка - це- 

лое солнце, ей-богу!" (с. 13); молдаване в "Старухе 

Изергиль" "шли, пели и смеялись", их "женщины и девушки 

- веселые"; в старину, говорит Изергиль, "жилось весе- 

лее и лучше"; 

в племени, откуда произошел Данко, жили "веселые, 

сильные и смелые люди" и т. д. 

Красота, сила и веселость создают облик человека, 

живущего разносторонне яркой жизнью. В этой жизни боль- 

шое место занимает земная страсть - любовь. Правда, 

когда героям молодого Горького надо выбирать между лю- 

бовью и свободой, они предпочитают свободу ("Макар Чуд- 

ра"). Но любовь может и не противопоставляться стремле- 

нию к свободе. В "Старухе Изергиль" любовь - одна из 

самых ярких страстей, в которых проявляется земная, 

сильная и гармонически-прекрасная натура героини. 

И еще одна деталь подчеркивает яркость и красоту 

бродячей цыганской жизни. Это жизнь в окружении искусс- 

тва, жизнь людей поющих, играющих на скрипке, постоянно 

слушающих "нежный и страстный" напев цыганской песни. 

"Пела красавица Нонка, дочь Макара", поет Лойко Зобар: 

"слышим: 

музыка плывет по степи. Хорошая музыка!" (с. 11, 

13). "Слышал ли ты, чтоб где-нибудь так пели? - спроси- 

ла Изергиль. И не услышишь. Мы любим петь" (с. 

343). Песнями завоевывает любовь феи чабан ("валашская" 

сказка "О маленькой фее и молодом чабане") и т. д. 

Именно в образах музыки, искусства синтезируется ху- 

дожественное представление о жизни, предельно яркой, 

максимально полно выраженной: "Всем нам, мы чуяли, от 

той музыки захотелось чего-то такого, после чего бы и 

жить уж не нужно было, или, коли жить, так - царями над 

всей землей, 

 

 

1 Ср. также "Девушка и смерть". 

 

 

сокол!". "Только красавцы могут хорошо петь, - красав- 

цы, которые любят жить" (с. 13, 343). 

По-видимому, в этой же связи раскрывается и сопос- 

тавление жизни цыган со сказкой, фантазией: ветер "раз- 

вевал волосы женщин в фантастические гривы, вздымавшие- 

ся вокруг их головы. Это делало женщин странными и ска- 

зочными. ...Ночь и фантазия одевали их все прек- 

раснее" (с. 337). Исследовательская традиция включает 

эти образы, столь характерные для молодого Горького, в 

характерную для романтического искусства антитезу: 

"серая действительность" - "яркая фантазия". Однако 

для Горького, по-видимому, образы сказки, фантазии име- 

ют не только этот смысл: сказка (как и музыка) - не 

предпосылка появления положительного героя, а средство 

характеристики жизни свободного человека как жизни, 

погруженной в искусство. Красавица Нонка поет цыганские 

песни - старуха Изергиль рассказывает старинные сказки. 

Сказка, как и песня, здесь концентрирует "старинную 

мудрость" свободной и прекрасной кочевой жизни, но сама 

является не романтически трактуемой предпосылкой, а - 

вполне в духе реалистической эстетики - следствием или, 

по крайней мере, постоянным аккомпанементом этой жизни. 

Вместе с тем очень важно, что представление молодого 

Горького о положительном герое весьма далеко от ницше- 

анского идеала "сверхчеловека", столь близкого русским 

"старшим символистам". В последнем этическая, гуманная 

сторона идеала в лучшем случае затушевывалась, отодви- 

галась на задний план, чаще же прямо и откровенно отри- 

цалась. Идеал ницшеанского толка всегда окрашен в более 

или менее яркие тона индивидуализма, антигуманизма. Для 

Горького уже в "Макаре Чудре" чрезвычайно важна этичес- 

кая характеристика положительного героя. Лойко Зобар 

добр, и это неоднократно подчеркивается, связываясь с 

такой центральной чертой характеристики героя, как 

презрение к собственности. Во фразе: "У него не было 

заветного - нужно тебе его сердце, он сам бы вырвал его 

из груди, да тебе и отдал, только бы тебе от того хоро- 

шо было" (с. 12) - фактически уже заложена и характе- 

ристика Данко. Однако в "Макаре Чудре" и в сказке "О 

маленькой фее и молодом чабане" стремление подчеркнуть 

силу героя (связанное, в конечном счете, с революцион- 

ными представлениями молодого Горького) и яркость его 

личного выявления (так как "нормальное" общество для 

писателя - союз гармонически развитых личностей) приво- 

дило к построению центрального конфликта как конфликта 

двух ярких личностей, делающего невозможным их внутрен- 

нее слияние (например, в любви: Радда - Лойко, фея - 

чабан). Это, действительно, придавало центральной оппо- 

зиции рассказа сходство с конфликтом романтического 

произведения. 

Но уже в "Старухе Изергиль" постановка вопроса иная: 

два героя, Ларра и Данко, объединенные тем, что оба 

сильны и оба прекрасны, резко противопоставлены друг 

другу', причем основой для противопоставления является 

отношение "сильной личности" к коллективу. Тем самым в 

характеристике гармонической, яркой личности на первый 

план выдвигается общественно- 

 

 

1 Радда и Лойко противостоят друг Другу только в сю- 

жете, но не в оценке их автором. 

 

 

этический критерий - отношение к людям, целенаправлен- 

ность силы свободного героя. 

Более того, Горький считает (мысль эта перейдет и в 

"Мать", и в пьесу "Враги", и в другие произведения 

1900-х гг.), что если лишь свобода и борьба за нее дают 

человеку силу и яркость, то реализовываться эти качест- 

ва могут только до тех пор, пока человек живет с людьми 

и для людей. Изгнанный из племени Ларра становится бе- 

зобразной, высохшей, бледной тенью. 

Так оказывается, что гуманистический идеал гармони- 

ческой личности в творчестве молодого Горького тесно 

связан не с романтическими традициями, а с одной из ос- 

новных тенденций русского реализма XIX в. - с поисками 

идеала "естественной", "нормальной" жизни. "Нормальной 

жизнью" оказывается лишенная земельной собственности, 

свободная жизнь, противопоставленная как нормам буржу- 

азной действительности, так и народнической идеализации 

крестьянской общины. Идеал этот хотя и утопичен (пос- 

кольку противопоставлен современности и истории, а не 

выведен из нее), однако пропитан отчетливыми утопичес- 

ки-социалистическими симпатиями. В кругу этих проблем 

естественно возникают и находят объяснение и образы цы- 

ган. Если для Л. Толстого при этом образы, связанные с 

"цыганской темой", противоречат его собственным патри- 

архальным настроениям "руссоистско-аскетической" окрас- 

ки (ср. Акима во "Власти тьмы" и Машу из "Живого тру- 

па"), то молодой Горький полностью оказывается продол- 

жателем той линии, которая восходит к революционным де- 

мократам и, в конечном счете, к этике просветителей 

XVIII в. "Цыганские" образы встречаются в лирике А. 

Блока на протяжении почти всей жизни поэта. Однако их 

смысл, их художественная структура и место, занимаемое 

этими образами в творчестве А. Блока, существенно изме- 

няются. Одним из важных итогов развития "цыганской те- 

мы" в лирике Блока окажется постепенный вывод цыганских 

образов из рамок романтических традиций и сближение с 

традицией, прослеженной выше. 

Для Блока первого тома характерны поиски гармоничес- 

кого идеала, противопоставленного "суетливым делам 

мирским", "народам шумным". В подобной антитезе образы 

цыган могут восприниматься как относящиеся, скорее все- 

го, к отрицаемому поэтом миру "шума" и земных страстей. 

А поскольку в эстетику первого тома входит такой близ- 

кий романтизму принцип, как игнорирование дисгармони- 

ческой реальности и устремленность к мистически прозре- 

ваемой идеальной основе мира, постольку и образы цыган 

встречаются довольно редко. 

К периоду "Ante lucem" все же относится одно стихот- 

ворение, связанное с интересующей нас темой. Это "Табор 

шел. Вверху сверкали звезды..." (1898). Снабженное 

эпиграфом из "Цыган" ("Цыгане шумною толпой / По Бесса- 

рабии кочуют..."), стихотворение это1 не поражает само- 

бытностью в решении 

 

 

1 На это стихотворение впервые обратил внимание Д. 

Д. Благой, сопоставивший его с "Цыганской венгеркой" 

Ап. Григорьева (см.: Благой Д. Александр Блок и Аполлон 

Григорьев // Об Александре Блоке. М., 1929. С. 142). 

 

 

"цыганской темы" и интересно в основном как проявление 

первичного интереса к ней. Следует отметить, пожалуй, 

постоянное подчеркивание "страстей" как главного приз- 

нака "цыганской" жизни ("буйной прихоти наезды", "в 

сердцах еще играла дико / Кровь, и темный лес гремел. / 

Пробужденный звоном, звонкой прихоти наезд" - 1, 384), 

а также сопоставление жизни цыган с жизнью природы. 

 

Табор шел. Вверху сверкали звезды. 

 

В высоте, на темном океане, 

Меркли, гасли легионы звезд - 

 

сопоставление, иногда принимающее и характер конт- 

раста: 

 

темный лес 

На веселье сумрачно глядел (1, 384; курсив и разряд- 

ка наши. - Ю. Л., 3. М.). 

 

Однако поскольку и отношение к "страстям", и отноше- 

ние к природе у Блока периода "Ante lucem" еще доста- 

точно туманно, то неясна (а скорее, и попросту отсутс- 

твует) сколь бы то ни было целостная концепция "цыганс- 

ких" образов. Первым стихотворением, в котором "цыганс- 

кая тема" решена не традиционно, а органически входит в 

поэтическую эволюцию А. Блока, было "По берегу плелся 

больной человек..." (28 декабря 1903 г.) из цикла "Рас- 

путья". Стихотворение это - очень важная веха на пути 

от "Распутий" к "Городу" и "Разным стихотворениям" вто- 

рого тома. За ним последовали "Потеха! Рокочет тру- 

ба..." (июль 1905 г.) и ряд стихотворений, "погранич- 

ных" с "цыганской темой" ("Мне гадалка с морщинистым 

ликом..." - 11 декабря 1903 г. и другие). Они образуют 

сложное единство и характеризуют отношение Блока к этой 

теме в 1903-1905 гг. В это время "цыганская тема" еще 

отнюдь не прямо связана именно с демократической тради- 

цией, прослеженной нами выше, однако связь эта уже на- 

мечается. 

Нетрудно заметить, что фигуры цыганок возникают в 

"Распутьях" и в "Городе" в том ряду образов и сцен, ко- 

торые так или иначе связаны с обращением Блока к совре- 

менной действительности и противопоставлены в этом 

смысле "Стихам о Прекрасной Даме". Это особенно заметно 

в стихотворении "Мне гадалка с морщинистым ликом...". В 

стихотворении этом встречаем характерный для цикла 

"Распутья" мотив бегства, в конечном итоге связанный с 

уходом поэта из мира Прекрасной Дамы в современную 

действительность. Герой убегает от "Нее" в город: 

 

Там - бессмертною волей томима, 

Может быть, призывала Сама... 

Я бежал переулками мимо - 

И меня поглотили дома (1, 305). 

 

В этом-то городе, "под темным крыльцом" (ср. конт- 

растное: "крыльцо Ее словно паперть" - 1, 299), поэт и 

встретил гадалку. В стихотворении "По берегу плелся 

больной человек..." "в дымящийся город везли балаган" 

(1, 311). В стихотворениях "Потеха! Рокочет труба..." и 

"С каждой весною пути мои круче..." цыганки гадают и 

поют в балагане, составляя неотъемлемую часть того же 

мира действительности, который сменил во втором томе 

лирики Блока гармонический, но отвлеченный идеал "Сти- 

хов о Прекрасной Даме". 

Отношение Блока к этому новому для него миру в 

1903-1905 гг. очень сложно. С одной стороны, как отме- 

чают исследователи, в творчестве Блока именно сейчас 

появляется тема "резких социальных и бытовых контрас- 

тов" современной жизни', ноты романтического "протеста 

и неприятия конкретной действительности"2. Но рядом 

идет и вторая, не менее важная линия - принятие мира, 

этой, посюсторонней действительности, отталкивание от 

мистики первого тома. Поэт все чаще ощущает красоту и 

привлекательность окружающего. 

Правда, иногда это "примирение с действительностью" 

получало на первых порах (по контрасту с мироощущением 

"Стихов о Прекрасной Даме") характер полного принятия 

всякого земного бытия, независимо от нравственной сущ- 

ности явлений и событий. Характерно, например, появле- 

ние в "Распутьях" и особенно в "Городе" и "Разных сти- 

хотворениях" второго тома произведений, где даже смерть 

рисуется в тонах "эстетизации" ("День поблек, изящный и 

невинный...", "В голубой далекой спаленке..." и дру- 

гие). Неизбежным результатом такого "всеприятия" была 

подмена этической оценки изображаемого "чисто" эстети- 

ческой - то "декадентство", которое Блок сам так остро 

чувствовал и так не любил впоследствии в своем твор- 

честве 1903-1906 гг. 

Однако бесспорный привкус этического релятивизма и 

эстетизации в ряде стихотворений "Распутий" и второго 

тома не должен закрывать от нас сильных сторон "приня- 

тия мира" в лирике этого периода. Прежде всего, поэт, 

"принявший мир, как звонкий дар", принял не "действи- 

тельность вообще". Предельно отвлеченному, обобщенному 

- "космическому" и пантеистическому - идеалу "Стихов о 

Прекрасной Даме" противопоставлена современная жизнь 

как имеющая некую положительную ценность "сама по се- 

бе", вне мистических абстракций. И хотя Блоку этого пе- 

риода подчас кажется, что ценность земного мира только 

в его красоте, однако по существу дорога от "Распутий" 

к "Городу" вела к тем элементам конкретно-исторического 

мышления, которые будут так важны для Блока 1910-х гг. 

"Вечной" природе "Стихов о Прекрасной Даме" противопос- 

тавлен город - результат истории, то "сегодня", в кото- 

ром поздний Блок увидит "зерна будущего". 

Не менее важно и другое. Герой "Стихов о Прекрасной 

Даме", принципиально противопоставленный "людям", сме- 

няется новым, всей душой ощутившим: 

 

Есть лучше и хуже меня, 

И много людей и богов [2, 104). 

 

 

Орлов Вл. Александр Блок: Очерк творчества. М., 

1956. С. 63. 2 Тимофеев Л. И. Александр Блок. М., 1957. 

С. 58. 

 

 

Герой "Распутин" и второго тома постепенно все больше 

сближается с людьми, ощущает нерасторжимое единство 

своего "я" и народа. 

И наконец, именно в 1903-1906 гг. в поэзии А. Блока 

усиливаются антиаскетические настроения. Хотя поэтичес- 

кий идеал Блока и в "Стихах о Прекрасной Даме" ни в ко- 

ей мере не сводится к прославлению аскетизма, самоотре- 

чения, однако он все же мыслился как противопоставлен- 

ный "грубым" земным страстям. В период преодоления со- 

ловьевской "догматики" Блок учится видеть красоту зем- 

ных чувств и эмоций, не озаренных "небесным" огнем и 

все же имеющих право на существование и достаточно 

прекрасных сами по себе. 


Страница 71 из 95:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70  [71]  72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   Вперед 

Авторам Читателям Контакты