Главная
Каталог книг
Российская Демократическая Партия "ЯБЛОКО"
образование


Оглавление
Афанасьев Николаевич - Поэтические воззрения славян на природу
Григорий Амелин - Лекции по философии литературы
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Миры и столкновенья Осипа Мандельштама
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Письма о русской поэзии
Литературный текст: проблемы и методы исследования. Мотив вина в литературе
Тарас Бурмистров - Россия и Запад
Нора Галь - Слово живое и мертвое
Петр Вайль, Александр Генис - Родная Речь. Уроки Изящной Словесности
Евгений Клюев - Между двух стульев
Лотман Юрий - Комментарий к роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин"
Лотман Ю.М. - Структура художественного текста
Ю. M. Лотман - Беседы о русской культуре
Лотман Ю.М. - О поэтах и поэзии: анализ поэтического текста
Милн Алан Александр - Дом в медвежьем углу
Сарнов Бенедикт - Занимательное литературоведение, или Новые похождения знакомых героев
Петр Вайль - Гений места
Борис Владимирский - Венок сюжетов
Арсений Рутько - У зеленой колыбели

непосредственным впечатлением варшавских порядков, ус- 

тановленных цесаревичем Константином, вспомнить, что в 

основе бунта, душой которого был Габбе, лежало сопро- 

тивление проникнутых поэзией боевой вольности офицеров 

духу казармы, фрунта и доноса, чтобы понять, что смысл 

этого стихотворения политически далеко не нейтрален. 

Не менее знаменательна элегия "Бейрон в темнице". 

Взятый в отрыве от конкретной ситуации, текст может 

восприниматься как романтическая элегия, посвященная 

теме гонимого поэта, в духе "Умирающего Тасса" Батюшко- 

ва. Однако для современников элегия проецировалась на 

судьбу самого поэта, заключенного в крепость, пригово- 

ренного к смертной казни, которая была потом заменена 

разжалованием в солдаты. А способ распространения - 

тайное размножение на гектографе - придавал традицион- 

ному тексту совершенно новую, уже политическую функцию. 

Однако то, что "декабризм" стихотворения заключался не 

в его тексте, а во внетекстовых связях, позволило его, 

уже окруженного конспиративным ореолом, провести через 

цензуру и опубликовать в "Московском телеграфе" (види- 

мо, при посредничестве П. А. Вяземского). Весь этот 

эпизод хорошо вскрывает механизм перехода текстов из 

преддекабристской сферы в декабристскую. 

Поразительная и загадочная судьба графа М. А. Дмит- 

риева-Мамонова долгое время не привлекала исследовате- 

лей. Поэзия его также не была предметом рассмотрения. 

Однако в истории формирования политической лирики нача- 

ла XIX в. его стихи занимают особое место. Перед тем 

как стать политическим конспиратором, Мамонов прошел 

школу масонства, и это отразилось на стиле его ранних 

стихотворений, которые и публиковались в масонском жур- 

нале "Друг юношества" Максима Невзорова. Однако уже в 

этих стихах было нечто, решительно противоположное иде- 

ям масонов: это романтический культ гениальности, поэ- 

тизации великого духа, преобразующего мир. Но еще более 

интересен дальнейший путь Мамонова как поэта и публи- 

циста. Основанная им декабристская организация Орден 

Русских Рыцарей, в отличие от Союза Благоденствия, име- 

ла строго конспиративный, заговорщический характер. Все 

движение члена общества внутри организации мыслилось 

как постепенное восхождение, причем лишь на последней 

ступени цели и задачи Ордена делались ему известными в 

полной мере. Соответственно на всем пути его сопровож- 

дали литературные тексты: при вступлении читалось 

"Краткое наставление Русскому Рыцарю", содержащее лишь 

общие призывы, выраженные риторической прозой, затем из 

степени в степень ему внушались программные положения, 

зашифрованные в эмблематике и аллегориях, заимствован- 

ных из масонского ритуала. И лишь на высшей ступени 

программа излагалась открыто. Стихотворение в прозе 

представляет собой такое изложение общеполитических це- 

лей Ордена. 

Одной из характерных черт литературы начала XIX в. 

была ее пестрота и неустойчивость: литературные группи- 

ровки возникали и распадались, некоторые литераторы 

примыкали к нескольким кружкам одновременно, другие не 

входили ни в какие. Литературная критика еще не играла 

в жизни художественной словесности той роли, которая ей 

стала свойственна двумя десятилетиями позже. В этих ус- 

ловиях потребность объединить, синтезировать многоликую 

картину литературной жизни удовлетворялась самой поэзи- 

ей. Если в 1830-е гг. поэзия мыслилась как объект ис- 

толкования, в качестве же истолкователя выступала кри- 

тика, переводившая поэтические тексты на язык идей, то 

в начале века положение было иное: труд оценки и истол- 

кования также доставался поэту. В этом отчетливо сказы- 

валась традиция классицизма, выработавшего особый тип 

метапоэзии, поэзии о поэзии, образцом которой явилось 

"Поэтическое искусство" Буало. Именно в эту эпоху выра- 

ботался жанр историко-критического обзора в стихах, ус- 

нащенного именами, отточенными формулировками оценок и 

характеристик. Однако между поэтами эпохи классицизма и 

интересующего нас периода, создающими поэзию о поэзии, 

была существенная разница: первые опирались на единую и 

разработанную теорию и поэтому могли создать стройную и 

мотивированную классификацию. Более того: именно теоре- 

тические положения, высказанные в форме стихов, состав- 

ляли основную прелесть этих произведений. Вторые имели 

перед собой разноречивые теории, а вошедшие в критичес- 

кий обиход критерии "хорошего вкуса", "мнения прекрас- 

ных читательниц", "изящества" в принципе предполагали, 

что та или иная критическая оценка покоится на непос- 

редственном чувстве тонкого ценителя и не проверяется 

"педантским" теоретизированием. Это придало поэтическим 

"кадастрам" той эпохи особый вид. 

Единство поэзии в текстах такого типа достигалось не 

созданием объединяющей концепции, а построением единой 

ценностной иерархии. Акцент переносился не на мотиви- 

ровку оценки, а на порядок расположения имен. Последо- 

вательность, место, которое отводилось тому или иному 

поэту в общем перечне, становилось мерилом его ценнос- 

ти. Активными были и другие средства: приравнивание к 

тем или иным именам из истории мировой поэзии, посколь- 

ку иерархическая ценность Вергилия, Расина или Лафонте- 

на считалась установленной. Значимыми становились умол- 

чания (Карамзин в стихотворе- 

 

1 Текст см.: Вестник Ленинградского государственного 

университета. 1949. № 7. С. 113. 

 

нии "Поэзия" демонстративно умолчал обо всех русских 

поэтах, выразив с предельной ясностью свое юношес- 

ки-бунтарское к ним отношение) или перемещение того или 

иного литератора выше или ниже обычно отводимого ему 

ранга. Не меньшую роль играли пространность оценки и ее 

тон. 

Стремление построить поэтическую иерархию невольно 

приводило на память табель о рангах и адрес-календари. 

То ироническая, то серьезная ориентировка на эти тексты 

сквозит и в поэтических обзорах, и в статьях критиков, 

и в сатирах. Этот же принцип наличествует и в компози- 

ции поэтических антологии тех лет. Поэты располагаются 

по рангам; количеству строк в поэтическом обзоре в этом 

случае соответствует количество включенных в сборник 

текстов. Будучи дополнены перечнями имен, упоми- 

наемых в критических статьях, оглавлениями антологий и 

списками стихотворений, переписывавшихся в альбомы, они 

дали бы картину оценки литературы читателем-современни- 

ком и поэтами той эпохи, картину весьма отличную от 

привычных данных истории литературы. 

Можно было бы напомнить, что когда Жуковскому в 

трудных условиях Тарутинского лагеря надо было, нахо- 

дясь в гуще еще не завершенных событий, обобщить разно- 

родные патриотические усилия деятелей 1812 г., он сое- 

динил жанр героического гимна ("Песнь к Радости" Шилле- 

ра, "Слава" Мерзлякова) с традицией поэтического переч- 

ня: порядок упоминания имен, количество "отпущенных" 

тому или иному лицу строк, тон упоминаний и самые умол- 

чания позволили Жуковскому в очень щекотливых условиях 

выразить точку зрения штаба Кутузова и кружка молодых 

поэтов, группировавшихся вокруг походной типографии. 

Поэтические перечни почти всегда полемичны. Иерархия 

оценок, степень подробности, трудно уловимые для нас 

нюансы формулировок остро воспринимались современника- 

ми, поскольку утверждали тот или иной групповой взгляд 

на литературу. В этом смысле следует выделить пародий- 

ное послание Я. А. Галинковского и сатиру неизвестного 

автора "Галлоруссия"1. Они интересны тем, что дают 

"третью" по отношению к полемике карамзинистов и шишко- 

вистов точку зрения. Галинковский, печатавшийся в "Се- 

верном вестнике" и близкий в эти годы к Мартынову, вы- 

разил позицию "гражданской" поэтической школы, для ко- 

торой обе полемизирующие точки зрения были неприемлемы. 

Сатира "Галлоруссия" интересна тем, что дает читатель- 

скую - далекую от профессиональности и цеховых оценок - 

точку зрения на литературу в момент сразу после оконча- 

ния войны 1812 г., когда ощущение необходимости новых 

литературных дорог стало всеобщим. 

Вершин не существует без подножий - Жуковского и 

Пушкина нельзя понять (и, главное, почувствовать) без 

окружавшего их литературного "фона". Однако при 

этом необходимо подчеркнуть одну особенность - литера- 

турный "фон" противостоит "вершинам" еще по одному 

признаку. В общей иерархии систем, составляющих понятие 

культуры, они располагаются не в одном ряду. 

 

 

Поэты 1790-1810-х годов. Л., 1971. С. 486-487, 

781-790. 

 

 

Литературный "фон" по своей природе не может быть 

чистой литературой. Он гораздо теснее связан с чита- 

тельским восприятием, бытом, пестрым потоком окружающей 

жизни, гораздо труднее вычленяется в чисто словесный 

ряд. Свести его без заметного остатка к цепи "произве- 

дений" (что характерно для исторического восприятия 

"высокой" литературы) почти никогда не удается. 

Идеологические и историко-литературные класси- 

фикации лишь отчасти объясняют реальное расположение 

сил в глубине литературной жизни конца XVIII - начала 

XIX в. Немалую роль сыграют дружеские связи, определяе- 

мые порой довольно случайными причинами, симпатии, выз- 

ванные общностью социальных эмоций, типом воспитания, 

службой. Понятия "поэты, связанные с Московским универ- 

ситетским пансионом" или "поэты Санкт-Петербургской ду- 

ховной семинарии" будут вполне ощутимой реальностью. 

Чем дальше от литературных "вершин", тем труднее пост- 

роить покоящуюся на единых логических основаниях все- 

объемлющую классификацию. Трудность эта - не результат 

ошибок исследователей, она отражает специфику изучаемо- 

го явления. Это еще одна сторона, делающая массовую ли- 

тературу интересным объектом для исследователя. 

Когда мы противопоставляем поэтов "Беседы" арзамас- 

цам, мы имеем дело с классификацией, основанной на общ- 

ности литературной позиции и организационной принадлеж- 

ности. Выделяя же поэтов Дружеского литературного об- 

щества, мы базируемся только на признаке участия в об- 

щей организации, дополняя его другим фактором - дружес- 

кими связями. В группе "тобольских" поэтов - Сумароков, 

Смирнов, Бахтин - объединяющим будет принадлежность к 

одному, в достаточной мере расплывчатому провинциально- 

му культурному "гнезду". Порой объединяющим фактором 

будет выступать журнал ("Иртыш, превращающийся в Иппок- 

рену", "Муза" и др.). Когда мы рассматриваем поэтов, 

группировавшихся в 1810-е гг. вокруг Мерзлякова (Бу- 

ринский, Грамматин, Ф. Иванов), то общность их будет 

определяться только дружескими связями, единством соци- 

альных симпатий и судеб. Все это будут профессиона- 

лы-интеллигенты, бедняки, часто разночинцы, втянутые в 

культурный ареал Московского университета. Объединение 

же поэтов "преддекабристской группы" будет покоиться 

лишь на определении общности места в историко-литера- 

турном процессе. Наконец, многие поэты будут включены в 

несколько классификационных клеток (Милонов, Воейков), 

а рядом будут заметны фигуры, стоящие вне каких-либо 

объединений: Анастасевич, Варакин. Закономерности их 

развития целиком определены их принадлежностью к недво- 

рянской культуре переходного времени и индивидуальными 

особенностями их судьбы. 

На массовой литературе особенно ярко видно, что ис- 

тория искусства - это история людей, его создающих. И в 

связи с этим необходимо отметить еще одну сторону воп- 

роса. Кюхельбекер писал: 

 

Горька судьба поэтов всех племен; 

Тяжело всех судьба казнит Россию. 

 

("Участь русских поэтов". 1845) 

 

На массовой литературе это видно особенно ярко: ссылки, 

политические преследования, объявление сумасшедшим, 

разжалования в солдаты, преждевременная смерть от ча- 

хотки, запоя, нищеты - таковы "биографические обстоя- 

тельства" десятков русских поэтов. Еще более час- 

тая форма удушения таланта - лишение его минимальных 

условий для развития. Многие второстепенные и третьес- 

тепенные поэты - это поэты, которым не дали сказать в 

полный голос свое поэтическое слово. И в изучении забы- 

тых биографий судьбы русской культуры раскрываются по- 

рой в не менее захватывающей и драматической форме, чем 

в высших творческих достижениях гениев. 

 

1971 

 

Стихотворение 

Андрея Тургенева "К отечеству" 

и его речь в Дружеском 

литературном обществе 

 

Расцвет политической лирики в 1810-х гг. и в первой 

половине 1820-х гг., жанра, наиболее полно выразившего 

литературную программу декабристов, связан с формирова- 

нием общественно-политических воззрений дворянских ре- 

волюционеров и отражает этапы и пути развития их идео- 

логии. Однако работы советских исследователей показали, 

что декабристы в борьбе за высокую гражданскую поэзию 

сознательно ориентировались на определенные литератур- 

ные традиции. Поэзия декабризма связана с русской воль- 

нолюбивой поэзией и, прежде всего, с гражданской лири- 

кой первого десятилетия XIX в. Без изучения этих свя- 

зей невозможна и подлинно историческая оценка литера- 

турной программы декабристов. Несмотря на ряд ценных 

работ последних лет, некоторые интереснейшие поэтичес- 

кие произведения этой эпохи все еще находятся вне поля 

зрения исследователей. К числу последних следует отнес- 

ти стихотворение Андрея Ивановича Тургенева (1781-1803) 

"К отечеству"2, опубликованное в 1803 г. в "Вестнике 

Европы": 

 

 

1 См. об этом главу "Из истории гражданской поэзии 

1800-х годов" // Орлов В. Н. Русские просветители 

1790-1800-х годов. М., 1953. С. 360-493; статью И. Н. 

Медведевой "Гнедич и декабристы" // Декабристы и их 

время. 1951. С. 101-154, и ряд других работ. 

2 Характерна ошибка составителя сборника "Декабрис- 

ты. Поэзия. Драматургия. Проза. Публицистика. Литера- 

турная критика" (М.; Л., 1951), В. Н. Орлова, включив- 

шего находящуюся в дневнике Н. И. Тургенева короткую 

цитату из этого стихотворения, под условным названием 

"Родине", в раздел произведении Н. И. Тургенева (С. 

179). Следует отметить, что и запись в дневнике, на ко- 

торую ссылается составитель, сделана не Н. И. Тургене- 

вым, а его младшим братом Сергеем (см. об этом в подс- 

трочном примечании: Архив братьев Тургеневых. Т. 2. 

Вып. 3. СПб., 1911. С. 7), и, следовательно, атрибуция 

этих стихов Н. И. Тургеневу представляет явное недора- 

зумение. В напутствии на дорогу брату Сергей Тургенев 

цитировал, бесспорно, хорошо известные в семье стихи 

Андрея Тургенева. 

 

Сыны отечества клянутся, 

И Небо слышит клятву их! 

О, как сердца в них сильно бьются! 

Не кровь течет, но пламя в них. 

Тебя, отечество святое, 

Тебя любить, тебе служить - 

Вот наше звание прямое! 

Мы жизнию своей купить 

Твое готовы благоденство. 

Погибель за тебя - блаженство, 

И смерть - бессмертие для нас! 

Не содрогнемся в страшный час 

Среди мечей на ратном поле, 

Тебя, как Бога, призовем, 

И враг не узрит солнца боле, 

Иль мы, сраженные, падем - 

И наша смерть благословится! 

Сон вечности покроет нас; 

Когда вздохнем в последний раз, 

Сей вздох тебе же посвятится . 

 

Появление такого яркого патриотического стихотворе- 

ния закономерно вытекало из всей литературной программы 

Андрея Тургенева, во многом предвосхищавшей декабрист- 

ские воззрения на литературу. Анализ этой программы, 

без которой невозможна и историко-литературная оценка 

стихотворения "К отечеству", приводит нас к рассмотре- 

нию внутренней жизни Дружеского литературного общества 

- литературной организации, атмосфера которой во многом 

определила развитие взглядов Андрея Тургенева. 

Обстоятельная работа В. М. Истрина "Младший турге- 

невский кружок и Александр Иванович Тургенев"2 и две 

специально посвященные Дружескому литературному общест- 

ву статьи3 не вскрыли во всей полноте картины внутрен- 

ней жизни Общества. Рассматривая его как этап на пути 

от Дружеского ученого общества к "Арзамасу", автор со- 

вершенно игнорирует политические интересы ведущей груп- 

пы членов Дружеского литературного общества. Яркие по- 

литико-патриотические выступления он рассматривает лишь 

как досадные и не играющие большой роли пережитки ста- 

рого. 

"Оно [Общество] не могло еще отделаться от старых 

привычек - произносить речи на моральные и политические 

(патриотические) темы; но участники Общества чувствова- 

ли, что идти лишь по старой дороге невоз- 

 

 

Вестник Европы. 1803. № 4. С. 277 (в 1806 г. изда- 

но отдельной листовкой). Написано, видимо, несколько 

ранее. В 1803 г., вернувшись из-за границы, Андрей Тур- 

генев напечатал некоторые произведения периода 

1800-1802 гг. 

2 Архив братьев Тургеневых. Вып. 2. 

3 Истрии В. М. Дружеское литературное общество 1801 

г. / По материалам архива братьев Тургеневых // Журнал 

Министерства народного просвещения. 1910. № 8. С. 

272-307; Он же. Из архива братьев Тургеневых. I. Дру- 

жеское литературное общество 1801 г. (Дополнение) // 

Там же. 1913. № 3. С. 1-15. 

 

можно, им становилось скучно; отсюда возникало недо- 

вольство..."1 Итак, противники политической направлен- 

ности Общества объявляются борцами против масонских 

влияний. Изучение материалов Общества заставляет от- 

вергнуть подобное толкование. 

Замечания о Дружеском литературном обществе разбро- 

саны также в работах, посвященных Жуковскому2. Однако в 

этом случае Общество привлекалось лишь в плане изучения 

литературного окружения Жуковского и рассматривалось 

как этап в развитии русского сентиментализма, как сво- 

еобразное проявление экзальтированного культа дружбы. 

Существование Дружеского литературного общества было 

кратковременным. 12 января 1801 г. состоялось его пер- 

вое заседание, а в ноябре того же года Общество уже, 

видимо, перестало существовать. 

Распад его был вызван не только внешними причинами 

(отъезд Андрея Тургенева из Москвы сначала в Петербург, 

а затем за границу), но и напряженной внутренней борь- 

бой, которая разгорелась в Обществе с первых же заседа- 

ний. 

Расхождение мнений между отдельными членами очень 

скоро вызвало раскол Общества на два противоположных 

лагеря: "...с сердечным сожалением вижу я, - отмечал 

Андрей Тургенев на собрании 16 февраля 1801 г., - что 

мы разделены, так сказать, на две части, и та и другая 

порознь в короткой связи между собою, между тем как не- 

которые из нас недовольно еще между собою сближены"3. 

Каковы же были эти группы и в чем заключалось рас- 

хождение между ними? 

Отвечая на этот вопрос, не следует забывать, что по 

целому ряду причин борьба в кружке Андрея Тургенева, - 

а она отражала развитие противоречий в литературе 

1800-х гг., - не достигла еще той степени, при которой 

теоретические столкновения приводят к разрыву личных 

дружеских связей. Кроме 

 

 

Архив братьев Тургеневых. Вып. 2. С. 101. 

2 См., например, работу В. И. Резанова "Из разыска- 

ний о сочинениях В. А. Жуковского". СПб., 1906. Как от- 

мечал В. М. Истрин, "Резанов не дает истории об- 

щества, хотя в его книге обширный отдел, с. 176-275, и 

носит заглавие "Дружеское литературное общество"" (Ист- 

рин В. М. Дружеское литературное общество 1801 г. // 

Журнал Министерства народного просвещения. 1910. № 8. 

С. 273). В 1916 г. В. И. Резанов опубликовал второй вы- 

пуск своего исследования, в котором воспользовался до- 

кументальными находками Истрина. Автор обильно процити- 

ровал речи членов Дружеского литературного общества, 

однако убедительного анализа идейной жизни этой органи- 

зации не дал, присоединившись к словам А. А. Фомина 

(см.: Фомин А. А. Андрей Иванович Тургенев и Андрей 

Сергеевич Кайсаров // Русский библиофил. 1912. № 1), 

что содержание речей Андрея Тургенева "не требует ника- 

ких объяснений и может вызывать только восторг пред мо- 

лодым критиком" (Резаное В. И. Из разысканий о сочине- 

ниях В. А. Жуковского. Пг., 1916. Вып. 2. С. 145). Ни 

методология работы, ни выводы, к которым приходит ав- 

тор, не могут быть признаны научно обоснованными. 

3 Речи, говоренные в собраниях Дружеского литератур- 

ного общества // ИРЛИ. Ф. 309 (Тургеневы). Ед. хр. 618. 

Л. 43. В дальнейшем при цитатах из этого источника ука- 

заны только листы. 

 

того, на жизнь Общества накладывала отпечаток крайняя 

молодость младшей группы участников, чьи взгляды не от- 

личались достаточной устойчивостью. 

Члены первой группы, в которую входили сам Андрей 

Тургенев, Андрей Кайсаров и А. Ф. Мерзляков (позиция 

которого имела, впрочем, некоторые отличия), видели в 

литературе средство пропаганды гражданственных, патрио- 

тических идей, а сама цель объединения мыслилась ими не 

только как литературная, но и как общественно-воспита- 

тельная. "Разве нравственность и патриотизм не состав- 

ляют также предмета наших упражнений?" - спрашивал 

Мерзляков, обращаясь к товарищам по Обществу (л. 20 

об.). Материалы заседаний показывают, что недалек от 

позиции этих членов в ту пору был и А. Ф. Воейков. 

Вторую группу составляли Жуковский, Михаил Кайсаров, 

Александр Тургенев и, несколько позднее, С. Е. Родзян- 

ко. Здесь господствовали связанные с карамзинской шко- 

лой проповедь интимно-лирических тем в поэзии, покор- 

ность провидению и интерес к субъективно-идеалистичес- 

кой философии, а в речах Родзянко - прямой пиетизм. 

Вполне естественно, что при такой противоположности 

мнений не замедлила завязаться полемика. 

По глухим намекам можно предполагать, что разногла- 

сия возникли уже в связи с первым актом деятельности 

Общества - избранием председателя. Об этом свидетельст- 

вуют в речи Мерзлякова разъяснения прав "первого чле- 

на", имеющие характер явной защиты от чьих-то нападок. 

Это же отразилось в черновых набросках выступления Анд- 

рея Тургенева, хранящихся в архиве Жуковского. Оратор 

отводит высказанные кем-то обвинения в "тирании" со 

стороны "первого члена". Основные столкновения, однако, 

связаны были с более принципиальными вопросами. 

На первых двух заседаниях выступал с речами Мерзля- 

ков. Главное содержание обоих выступлений - проповедь 

гражданственного служения отечеству. Цель оратора - 

"возжечь" в слушателях "энтузиазм патриотизма". "Каждый 

из нас, - говорил Мерзляков, - человек, гражданин, каж- 

дый из нас - сын отечества" (л. 12). Оратор доказывал, 

что деятельность собрания нельзя ограничивать рамками 

чисто литературных споров. 

"Мал тот, - продолжал он, - кто хочет быть только 

астрономом; 

несчастливые братья его на земле, а не на планете 

сатурновой; мал тот, кто хочет быть только героем; 

кровь не украсит лаврового венца его, когда станет он 

пред престолом правды, звук побед его не заглушит прок- 

лятий разоренного, сердце его не согреется от бриллиан- 

товой звезды, которая украшает его грудь; мал тот, кто 

хочет быть только оратором, стихотворцем, сочинения его 

холодны, если не воспламенит их любовь сердечная, сове- 

ты его не отрут слез угнетенной невинности, прекрасные 

мысли его не утолят голода нищему" (л. 15-15 об.). 

Такое начало определило дальнейший ход заседаний. 

Выступлением Мерзлякова инициаторы Общества недвусмыс- 

ленно заявили, что рассмотрение литературных вопросов 

интересует их лишь как часть самовоспитания в духе 


Страница 41 из 95:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40  [41]  42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   Вперед 

Авторам Читателям Контакты