Главная
Каталог книг
Российская Демократическая Партия "ЯБЛОКО"
образование


Оглавление
Афанасьев Николаевич - Поэтические воззрения славян на природу
Григорий Амелин - Лекции по философии литературы
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Миры и столкновенья Осипа Мандельштама
Григорий Амелин, Валентина Мордерер - Письма о русской поэзии
Литературный текст: проблемы и методы исследования. Мотив вина в литературе
Тарас Бурмистров - Россия и Запад
Нора Галь - Слово живое и мертвое
Петр Вайль, Александр Генис - Родная Речь. Уроки Изящной Словесности
Евгений Клюев - Между двух стульев
Лотман Юрий - Комментарий к роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин"
Лотман Ю.М. - Структура художественного текста
Ю. M. Лотман - Беседы о русской культуре
Лотман Ю.М. - О поэтах и поэзии: анализ поэтического текста
Милн Алан Александр - Дом в медвежьем углу
Сарнов Бенедикт - Занимательное литературоведение, или Новые похождения знакомых героев
Петр Вайль - Гений места
Борис Владимирский - Венок сюжетов
Арсений Рутько - У зеленой колыбели

Именно в этом представлении тучи - жерновом кроется основа предания о чертовой мельнице, доселе живущего между нашими поселянами. Известно, что суеверие ставит всех мельников в близкую связь с водяным (=дождящий Перун, см. гл. XVI) и нечистою силою; в малорусских рассказах черти представляются в виде мирошников*: нередко садятся они на столбах разрушенной мельницы или плотины, зазывают мужиков с зерновым хлебом, мелют скоро и бесплатно, но мешают с мукою песок**. В народных сказках, в числе трудных подвигов, возлагаемых на богатыря, победителя многоглавых змеев (=древнего громовника), упоминается также о посещении им чертовой мельницы, запертой двенадцатью железными дверями***: в зимнюю пору демоническая сила овладевает громовою мельницей и налагает на нее свои замки, которые отпираются только с приходом богатыря, как отворяются облачные скалы от удара Перуновой палицы. В одной сказке**** о баснословной мельнице говорится, что она сама мелет, сама веет и на сто верст пыль мечет. По немецким преданиям, черти строят на горах мельницы и сами же их разрушают*****. Три различные представления грозы- молотьбою, кузнечным мастерством и мельничной работою соединены вместе в словацкой сказке о борьбе трех богатырей с змеями: один из них Valibuk (=Вертидуб), другой Skalimej (от скала =Горыня******, третий Zeiezomej, т. е. кузнец. Этот последний делает себе и своим товарищам громадные железные цепы, и все они принимаются молотить змеев*******, что соответствует нашему преданию о побивании мифического змея кузнечными молотами (см. гл. XI). Любопытна следующая подробность: Skalimej сдавливает жернов (mlynsky kamen) так крепко, что из него течет молоко, т. е. из камня-тучи, стиснутой громовником, проливается дождь, метафорически называемый молоком. Норвежская сказка упоминает, что чудесная мельница молола между прочим и молоко; а немецкие предания, рассказывающие о мельнице, в которой старые и безобразные люди перемалываются в молодых и красивых********, сходятся с русскою легендою о кузнеце-черте.********* Нанялся черт работником на кузницу, схватил клещами старуху за ноги, бросил в горн и сжег в пепел - только одни косточки остались; после того налил ушат молока и вкинул туда кости; глядь - минуты через три выходит из молока красавица, дышащая юностью и свежестью сил. По украинскому варианту********** черт, нанявшись в кузнечные подмастерья, кует не лом и железо, а увечье, недуги и калечество: приставит хромую ногу к жаровне, ударит молотом, вспрыснет водою - и (150) нога цела, хоть вприсядку пляши! Много перековал он стариков и старух в молодых, калек в здоровых, уродов в красавцев. В этих рассказах черт заступает древнего громовника, который как божество, являющееся в тучах, нередко сам представлялся с демоническим характером. В германских сказаниях место бога-громовника заступил Спаситель***********: зайдя в кузницу и встретив здесь хилого старика, просившего милостыню, он приказывает развести огонь; св. Петр принимается за меха и раздувает пламя. Когда все было готово, Господь взял нищего, положил в горнило и раскалил докрасна, потом опустил в воду, дал охладиться горячему телу и благословил - нищий восстал здоров и крепок. Так рассказывает немецкая легенда; в норвежской редакции Спаситель, раскаливши на огне дряхлую старушку, начинает ковать ее-и старуха делается молодою и красивою. Такая животворная сила придана поэтическим представлениям грозы, проливающей на землю "живую воду" дождя и творящей из устаревшей зимней природы - юную весеннюю, когда поля и леса убираются в зелень и цветы: зима = старость, весна = юность. В связи с означенными преданиями стоит суеверное уважение к воде, брызжущей с лопаток мельничного колеса; сербы называют такую воду OMaja (от оманути - отскакивать, прыскать) и вечером накануне Юрьева дня перенимают ее в сосуды, приносят домой и посыпают зелеными травами, а наутро купаются в ней - "да се од ньих свако зло и невал(ь)алштина отресе и отпадне, као OMaja од кола" (да отрясется и отпадет от их тела все злое и вредное, как отскакивает вода от мельничного колеса************. 

______________ 

*Кулиш, II, 45-47. 

**Москв. 1846, XI-XII, 151. 

*** H.P.Cк.,V,9;VI,51,52. 

**** Ibid., VI, 68, d. 

***** D. Myth., 973. 

******Об этих богатырях см. в главе о великанах. 

******* Slov. pohad., 36-60. 

******** Die Guttciwelt, 303. 

*********Н. Р. Лег., 31. 

**********О.З.1840, II, смесь, 50-51; Н. Р. Лег., 20, b. 

***********Сказ. Грим., 147; Ск. норв., 1,21. 

************Срп. pjeчник, 151; D. Myth., 559. 

Рядом с поэтическими картинами, изображавшими войну небесной грозою, Слово о полку допускает сравнения битвы с молотьбою хлеба и ковкою металлов: "на Немизе снопы стелют головами, молотят чепи харалужными, на тоце живот кладут, веют душу от тела"; "той бо Олег мечом крамолу коваше и стрелы по земле сеяше"*. 

______________ 

*Рус. Дост., Ill, 70, 96, 194. Подобные уподобления находим и в германском эпосе (Опыт сравн обозр. др. памяти, нар. поэзии, II, 41-42). 

Гром, как глагол божий, назывался метафорически звоном, ибо громкие звуки голоса и колокола, у которого есть свой язык, обозначались на древнем языке родственными, тождественными выражениями; сравни: звучать, звучный = зычный (звук=зык), звон, звать (кликать), зов, лат. sono и sonus (звук, звон и голос); глагол (verbum и vox; чешек, hiahol - sonitus), глас (голосить причитывать, плакать), голчи(а)ть - говорить, кричать, голка - крик от санскр. корня gr, gar, gal - sonum edere, canere, откуда gala - музыкальный инструмент, зенд. gere - петь, garu - певец, гp. ynрvc - звук, голос, др.-нем. charon, challon (= gallon - звенеть, вопить, раздаваться), ирлан. gairim, goilim - кричать, gaill - слово, galan, galmha - шум. От того же корня образовались и названия голосистых птиц: перс. gal - крик, шум и вместе с тем - петух, лат. gallus, gallina, ирлан. gall, албан. ghiel, ghul, точно так же как рус. петух (обл. певун, петун, певень, петель) отглагола петь и старинное кур (курица) от санскр. корня kur - sonare; нем. nachti-gall - соловей, see-gall - гагара*. Из указанного сближения колокольного звона с словом человеческим возникли следующие интересные поверья: когда льют колокол, то нарочно распускают молву (какую-нибудь весть), чтобы колокол был звучен и слышался везде, как мирская молва**; когда кто онемеет ("отымется язык"), то "добывают языка на колокольне": обряд состоит в том, что обливают колокольный язык водою и, собравши ее в со(151)суд, поят больного***. На том же сближении звона и речи основана и общая славянским, германским и романским племенам примета, что если звенит в ухе - это знак, что где-нибудь говорят об нас, осуждают или хвалят наши действия. Слова трезвонить и колоколить употребляются в разговорной речи в смысле: без умолку болтать, разносить вести****. В народных загадках звон колокола обозначается теми же метафорами, как и громовые удары: "стоит бык на горах (на верху церкви) о семи головах (семь колоколов?), в ребра стучат, бока говорят"; "рыкнул вол на семь сел"; "ржет жеребец на перегородье, слышно его голос в Новгороде"; "заржал жеребец на сионской горе"; о звоне к заутрене: "сидит петухна воротах, голос до неба, а хвост (веревка от колокола) до земли"*****. Загадки, уподобляющие колокольный звон реву быка и ржанью коня, почти слово в слово прилагаются и к грому (сличи ниже). Петух, как видно из приведенных лингвистических данных, самым именем своим обязан звучному голосу; как птица, предвозвещающая восход солнца, он играет весьма значительную роль в древних верованиях; крик его как бы прогоняет мрак ночи и потому сравнивается с звоном к заутрене, раздающимся на рассвете. По немецким сагам, богиня Hulda, предводительствуя неистовым войском, несется на белом коне, попона и сбруя которого увешаны серебряными звонками и бубенчиками, издающими чудные звуки******. Новогреческие сказки говорят о драконовом покрывале с погремушками и колокольчиками и про мешок с бубенчиками, звоном которых можно напугать злуюведьму (ламию): и покрывало, и мешок метафоры грозового облака*******. Как символ грома, как указание на грядущего бога-гро-мовника, разителя демонов, звон, по общему поверью славян, немцев и других народов, прогоняет нечистую силу. Когда тучи заволокут небо, на Украине причитывают: "бий, дзвоне, бий! хмару разбий! нехай хмари на татаре, а сонечко на хрестяне"********. Во время затмений солнца и луны - для отогнания демонов, пожирающих эти светила, на праздник Коляды - для отстранения тех же враждебныхдухов от новорожденного солнца, а равно весною- при обрядовом изгнании Мораны (Смерти = Зимы), крестьяне с криком и гамом бегают по селам, ударяя в бубны, тазы, сковороды и чугунные доски, брянча колокольчиками и бубенчиками, хлопая бичами и стреляя из ружей. То же хлопанье бичами, те же бешеные крики и тот же звон в тазы и сковороды сопровождают и обряд "опахивания", когда изгоняется из села Моровая Язва == всепожирающая Смерть. Скоморохи, окрутники и кудесники, на которых издревле лежала обязанность участвовать в этих суеверных обрядах и заправлять ими, нацепляли на свои одежды звонки и бубенчики; с течением времени, когда они утратили свое прежнее значение и обратились в народных увеселителей, фигляров, - звонки и бубенчики сделались необходимою принадлежностью шутовского (дурацкого) наряда*********. Нечистые духи и ведьмы боятся колоколов и, заслыша их звон, улетают как можно дальше; если звон застигнет их вблизи, то охватывает своими звуками, как волнами, и вертит в страшном вихре, словно легкую ладью, попавшую в стремительный водоворот**********. Потому во многих местах Хорута(152)нии во время грозы звонят в колокола и стреляют из ружей, чтобы разогнать ведьм, угрожающих бурею и опустошением***********. В Нижегородской губ., когда покажется в окрестностях села холера или другое "поветрие", одна из девиц выходит в полночь, пробирается тайком к церкви и ударяет в колокол тревогу; жители в испуге выбегают из домов, а девица между тем скрывается никем не замеченная: это делается, чтобы напугать ведьму, насылающую смертоносную язву, и отвадить ее от села************. Отсюда вера в целебную силу звона: в Воронежской и других губ. парни и девки ходят на Святой неделе звонить на колокольне, чтобы не болели голова и руки*************. Звон, которым возвещаются жители о случившемся пожаре, по мнению простолюдинов, созывает божьих ангелов, которые расширяют вокруг загоревшегося здания свои крылья и не дают ветрам раздувать огонь**************. Лужицкие Ludki (грозовые карлики) пропали с техпор, как завелись колокола, звуков которых они не могут переносить***************. Народная русская легенда рассказывает о том тревожном страхе, с каким увидели черти, что оставленный в адских вертепах Соломон вздумал построить там колокольню и уставить церковные звоны. Но если с одной стороны звон, как символ разящих громов, прогоняет нечистых духов, шествующих в буре и вихрях; то с другой стороны, как тот же символ грозы, всегда сопровождаемой ветрами, он может накликать бурю, и потому архангельские промышленники, отправляясь на лов, стараются выйти в море в такое время, когда не слышно колокольного звона. 

______________ 

*Пикте, 1,396-7; Ч. О. И. и Д. 1863,1, ст. Шафарика, 9; Обл. Сл., 39,185. 

**Иллюстр. 1846,345. 

***Послов. Даля, 430. 

****Толков. Слов., 751. 

*****Этн. Сб., VI, 65-66. Следующая загадка уподобляет звон волчьему вою: "на каменной горке воют волки". 

****** Germ. Mythen, 262. 

*******Ган. I, № 3; II, стр. 182-3. 

********Номис., 7. 

********* D. Myth., 479.Греки, римляне и скандинавы считали колокольчики талисманом, предохраняющим от бед и несчастий (Тышкевича: О курганах в Литве и Зап. Руси, 36). 

**********Нар. сл. раз., 58. 

***********У. 3. 2-го Отд. А. Н., VII, в. 2,33. 

************Этн. Сб., 1,51-52. 

*************Ворон. Г. В. 1851,12. 

**************Нар. сл. раз., 57. 

***************О влиянии христ. на сл. яз., 36. 

Выше указана лингвистическая связь нем. nachtigall с рус. глагол; сходно с этим наше соловей =славий происходит от слово = слава, почему "вещий" Боян (певец) называется в Слове о полку "соловьем старого времени"*; Иоакимовская летопись говорит о жреце Богомиле, что он сладкоречия ради наречен Соловей**, а народная загадка называет "язык" - соловецкою: "за билыми березами (зубами) соловейко свище"***. Пение соловья обозначается в старинных памятниках словом щекот; пол. szczekac - лаять, злословить, лужиц, ne scokaj - не брани, великор. области., щекатить - дерзко браниться, щекатый - сварливый, бойкий на словах, щекотуха - говорливая женщина, щекотка - сорока, болтунья; сравни корень щек с санскр. car - говорить****. В народных преданиях соловьиный щекот - символ весенних глаголов бога-громовника, вещающего в грохоте грома и свисте бури; как соловей, прилетая с весною*****, начинает свою громозвучную песню, свой далеко раздающийся свист по ночам (почему немцы назвали его ночным глашатаем), так точно и бог грозы с началом весны заводит свою торжественную песню, звучащую из мрака ночеподобных туч. Воинственная Афина, помощница Зевса в его творческих деяниях, принимала на себя образ этой птицы******. Опираясь на эти данные, мы приступаем к (153) объяснению старинного эпического сказания об Илье Муромце и Соловье-разбойнике*******. 

______________ 

* Ibidem, 75. 

**Истор. Татищева, 1,39. 

***Сементов., 10, 40. 

****Филолог. Зап., год 3, III, 166-7; Доп. обл. сл., 310. 

*****Соловей - глашатай весны; пение его - счастливая примета (Пузин., 195). Слово о полку в числе бедственных предвещаний упоминает, "щекот славий успе, говор галич убуди", инаоборот - как хороший знак: "галици помлекоша, соловии веселыми песьми свет поведают" (Рус. Дост., III, 46, 244-6). 

******Норк, Andeutungen eines Systems der Myth., 169. 

*******Русск. Сказки Сахар., 65-93; Н. Р. Ск., 1,12; Подснежник 1859,1, 92-99; Песни Киреевск. I и IV, 1-46; Кирша Дан., 352-9, 418-420; Рыбник., I, 45-65; III, 13-37. 

Имя Ильи Муромца самое популярное в русском народе; оно встречается весьма часто в песнях и преданиях, приписывающих ему различные богатырские подвиги. И хотя Илья Муромец известен, как лицо историческое (он жил около 1188 года)*; но, выступая в народном эпосе, он усвояет себе черты более древние, принадлежащие к области мифических представлений о боге-громовнике. В этом убеждает нас самый характер его баснословных подвигов и сравнительное изучение их, в связи с прочими преданиями нашего и других индоевропейских народов. В эпоху христианскую верование в Перуна, его воинственные атрибуты и сказания о его битвах с демонами были перенесены на Илью-пророка (см. главу IX); Илья Муромец, сходный с Ильею-пророком по имени и также славный святостью своей жизни (а может быть - и военными доблестями), слился с ним в народных сказаниях в один образ, и там, где, по преданию, конь Ильи Муромца выбивал копытом источники ключевой воды, - народ ставил часовни во имя Ильи-пророка. В Московской губ. крестьяне объясняют громовые раскаты поездкою Ильи Муромца на шести жеребцах по небу**. Любопытные похождения Ильи Муромца с богатырем Святогором целиком принадлежат к области древнейших мифов о Перуне (см. гл. XXI). Тридцать лет от самого рождения сидел Илья Муромец сиднем, не двигаясь с места, но вот "по божьему повеленью приходили два калика перехожие, становились под окошечко косящетое и просили милостыни. И говорит им Илья: нищие братия! взойдите ко мне во храмину: есть у нас всего много, а подать вам некому. И говорят ему калики перехожие: встань-ка сам! - Сижу сиднем я тридцать лет, а вставать не встану: нет у меня ни рук, ни ног! - проговорит им Илья. И говорят калики перехожие ему во второй раз: встань-ка сам! Илья сидит, силу пробует, а в ответ держит речь: встал бы я, и сила есть, да нет ног. И говорят ему калики перехожие в третий раз: встань-ка сам! Илья сидит, силу пробует: тронет ногу - нога поднимается, тронет другую - другая поднимается. Встает Илья - поднимается, посерёд пола становится. И говорят ему калики перехожие: сходи-ка за пивом, да напой нас! И взял Илья братину великую, пошел в подвалы глубокие, наливал братину пивом крепким и подносил каликам перехожим. - Выпей-ка сам! - в ответ молвят калики перехожие. Хватил Илья братину зараз - только и видели пиво! Говорят ему калики перехожие: сходи-ка за пивом, да напой нас! И взял Илья братину больше прежнего, пошел в подвалы глубокие, опускался ниже того, наливал братину пивом крепким пуще того и подносил каликам перехожим. Выпей-ка сам! - в ответ молвят калики перехожие. Хватил Илья братину зараз только и видели пиво! И спрошали его, Илью, калики перехожие: слышишь ли, Илья, свою силу? И молвит Илья: слышу! И спрошали его, Илью, калики перехожие: как велика твоя сила? И молвит Илья: кабы был столб от земли до неба, я перевернул бы всю землю! Стали промеж себя калики говорить: много дано силы Илье, земля не снесет; поубавим силы. Еще раз посылают они Илью за пивом, заставляют его выпить и спрашивают: слышишь ли, Илья, свою силу? Отвечает Илья: "поубавилось силы кабы на семую часть!" Стали промеж себя калики говорить: будет с него! Несмотря на легендарный тон, приданный этому рассказу (в одном варианте былины, вместо (154) калик перехожих, являются к Муромцу, поят его и наделяют силою Спаситель и два апостола), здесь слишком очевидна мифическаяоснова. В народных сказках богатырь, собирающийся на битву с змеем - демоническим представителем зимних облаков и туманов, должен трижды испить живой (или сильной) воды, и только тогда получает силу поднять меч-кладенец. Пиво, которое пьет Илья Муромец, - старинная метафора дождя (см. главу VII). Окованный зимнею стужею, богатырь-громовник сидит сиднем, без движения (=не заявляя себя в грозе), пока не нальется живой воды, т. е. пока весенняя теплота не разобьет ледяных оков и не претворит снежныетучи в дождевые; только тогда зарождается в нем сила поднять молниеносный меч и направить его против темных демонов. Наделенный богатырскою крепостью, Илья Муромец отправляется на совершение трудных подвигов. Как самое имя Перуна сменилось историческим именем Ильи Муромца, так и борьба его с демоническими существами - великанами и змеями перенесена на битвы, характеризующие первое время государственной жизни Руси, когда строй общественный еще достаточно не окреп, внутри государства, среди лесов и пустынных мест, легко укрывался разбой, а извне, из широких степей угрожали беспрерывные набеги диких кочевников, с которыми должны были бороться русские витязи. Илья Муромец усмиряет разбойничью шайку и освобождает Чернигов-град от несчетных басурманских полчищ; но и в этих ратных подвигах он сохраняет свое родство с древним Перуном; он действует его оружием - всесокрушающими стрелами и выезжает на таком же чудесном коне, как и бог-громовержец. Конь его словно сокол летит, с горы на гору перескакивает, с холма на холм перемахивает, реки, озера и темны леса промеж ног пускает, хвостом поля устилает; подобно Зев-сову коню Пегасу, он выбивает копытами колодцы. Окруженный станишниками (разбойниками), Илья Муромец вынимал из налушна тугой лук, вынимал стрелу каленую и пускал ее по сыру дубу: 

______________ 

*Описание Киево-Печер. лавры, 87. 

**Матер, для изучен, нар. слов., 5. 

Спела тетивка у туга лука 

Станишники с коней попадали; 

Угодила стрела в сыр-кряковистый дуб, 

Изломала дуб в черенья ножевые 

Сражаясь один против несметной рати кочевников, он куда ни бросится там улица, где ни поворотится - часты площади. Вслед за тем наезжает Илья Муромец на Соловья-разбойника, который заложил прямоезжую дорогу к Киеву ровно на тридцать лет (время, когда богатырь сидел сиднем): никакой человек по ней не прохаживал, зверь не прорыскивал, птица не пропитывала. Соловей-разбойник свил себе на двенадцати (или девяти) дубах гнездо и, сидя в нем, свистал так сильно и громко, что все низвергал своим посвистом, словно напором стремительного вихря. За десять верст раздался его свист - и богатырский конь под Ильею спотыкнулся, 

Темны леса к земле приклонилися, 

Мать-река Смородина со песком сомутилаоя 

Богатырь сшиб его каленой стрелой с высоких дубов и повёз с собой в Киев; там, во дворе князя Владимира, заставляют Соловья-разбойника показать свою удаль - засвистать вполсвиста. Соловей отзывается, что уста его запеклись кровию, и просит испить. (154) 

Налили ему чашу зелена вина, 

Весом чаша в полтора ведра; 

Принимал он чашу единой рукой, 

Выпивал чашу за единый вздох (дух). 

Наливали ему другую чашу пива пьяного и третью меду сладкого; выпивал чаши Соловей-разбойник, и как Илья Муромец с пива - набирался с того силы великой, свистнул и оглушил своим свистом могучих богатьфей, так что они наземь попадали, а простые люди мертвы стали, и потряс крепкие своды княжеских палат: слетели с них крыша и вышки,лопнули связи железные. 

Засвистал Соловей по-соловьиному, 

А в другой зашипел разбойник по-змеиному, 

А в третьи зрявкает он по-звериному (нар. по-туриному). 

Те же выражения употребляет народный эпос, говоря о вещем коне сивке-бурке, в образе которого, как и в образах змея и быка, олицетворялась громоносная туча (см. ниже). Раздраженный Илья Муромец убивает Соловья-разбойника, кидая его (по свидетельству одного варианта) выше дерева стоячего, чуть пониже облака ходячего. Соловей-разбойник гнездится на двенадцати дубах; народная сказка то же самое говорит о змее, и подробность эта объясняется мифическим значением дуба - дерева, посвященного Перуну: "загремел Зилант (змей), выходя из железного гнезда, а висело оно на двенадцати дубах, на двенадцати цепах"*; в одном заклятии говор змея сравнивается с шумом ветра: "что не дуб стоит - Змиулан сидит, что не ветр шумит - Змиулан говорит"**. Согласно с показанием народной былины о свисте Соловья-разбойника, в одной рукописной повести XVII века читаем: "начаша змий великий свистати; от змиева свистания падоша под ними (послами) кони"***. В украинской сказке, напечатанной в "Записках о южной Руси"****, по сличении ее с вариантами того же эпического сказания, записанными в других местностях, Соловей-разбойник заменяет собою Змея Горыныча; в другой сказке Илья Муромец побивает двенадцатиголового змея, избавляя от него красавицу-королевну*****. Все эти сближения убедительно свидетельствуют, что в образе Соловья-разбойника народная фантазия олицетворила демона бурной, грозовой тучи. Имя Соловья дано на основании древнейшего уподобления свиста бури громозвучному пению этой птицы. "Свист бури, вихрей, ветров" выражение общеупотребительное в нашем языке; народная песня, описывая бегство удалого добра молодца от царских разъездов, прибавляет: 

______________ 

* H.P.Cк.I-II.стp.310. 

**Библ. для Чт. 1848, IX, ст. Гуляева, 57. 

***Архив ист.-юрид. свед., II, ст. Бусл., 48. 

****Кулиш, II, 48-57. 

***** H.P.Cк.,III,11. 

Что гнались-то, гнались за тем добрым молодцем Ветры палевые, 

Что свистят-то, свистят в уши разудалому Про его разбои*. 

______________ 

*Москв. 1854, XV, критика, 131. 

У моряков до сих пор существует поверье, что свистом можно накликать бурю, подобно тому, как призывается она звоном колоколов и резким криком хищных (156) птиц; при стихающем попутном ветре пловцы обыкновенно свистят но ветер. Эсты также убеждены, что от свиста свежеет ветер*. О водяном рассказывают наши крестьяне, что он не любит, когда беспокоят его сон свистом, и опрокидывает за то лодку, а пловца увлекает на дно реки**, т. е. свист подымает бурю, которая волнует и бурлит сонные воды и грозит пловцу бедою. С 1-го марта начинают дуть весенние ветры, и потому о св. Евдокии, память которой празднуется в этот день, крестьяне выражаются: "приехала свистунья"***. Свистать в жилой избе почитается в простонародье дурною приметою и грехом; от того, кто это делает, отвращается Богородица. Изба, в которой свистят, скоро опустеет - все высвищешь! Домовой, как охранитель семейного благосостояния и покоя, пугает таких неосторожных "свистунов" по ночам. Не должно свистать во время весенних посевов; иначе зерно будет вывеяно с пашни ветрами и не даст роста****. Одно из самых обыкновенных олицетворений дующих ветров было представление их хищными птицами; вот почему дети Соловья-разбойника оборачиваются, по свидетельству былины, воронами с железными клювами (об этих воронах см. гл. X). 

______________ 

* Die Windgottheiten, von Genthe, 15. 

**О.З.1848, V, ст. Харитон., 24. 

***Сахаров., II, 16. 

****Ворон. Г. В. 1851,11; Иллюстр. 1846,171-2; Нар. сл. раз., 159 Приметы: не свисти в ключ - потеряешь память; не свисти там, где сидит на яйцах наседка, - цыплята замрут. 

Эпитет "разбойника" объясняется разрушительными свойствами бури и тем стародавним воззрением, которое с олицетворениями туч соединяло разбойничий, воровской характер. Закрытие тучами и зимними туманами небесных светил называлось на старинном поэтическом языке похищением золота: в подвалах Соловья-разбойника лежала несчетная золотая казна; точно так же в летней засухе и в отсутствии дождей зимою видели похищение живой воды и урожаев. Демонические силы грабят сокровища солнечных лучей, угоняют дождевых коров и скрывают свою добычу в неприступных скалах. Этот хищнический характер облачных демонов повел к тому, что, вместо великанов и змеев, с которыми сражаются богатыри в более сохранившихся вариантах эпического сказания, - в вариантах позднейших и подновленных выводятся на сцену воры и разбойники. Таким образом древнейшие мифические предания, с течением времени, сводятся народом к простым объяснениям, заимствуемым из его обыденной жизни*. 


Страница 21 из 55:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20  [21]  22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   Вперед 

Авторам Читателям Контакты